Ты меня любишь?

– Вер. Ве-е-ра. Ну, Верочек! Проснись!
Аккуратно, но очень настойчиво, Леня терся о бок спящей жены. Кругленькая, мягкая Вера, со своими темно-рыжими волосами, в белой ночной сорочке, напоминала свежий пончик с вареной сгущенкой.
– Вера! Проснись! Ну, Верка!
– Лень, дай еще поспать, – чуть слышно простонала Вера и повернулась на бок.
Но отступать было поздно, и Леонид, пододвинувшись ближе к жене, закинул на рубенсовский бок костлявую ногу.
– ВЕРА! Ты меня любишь? – громко произнес он над самым ухом жены.
Вопрос, заданный патетическим тоном, был проигнорирован.
– ВЕРА! ТЫ МЕНЯ ЛЮБИШЬ? – надрывно произнес Леня.
Глубоко вздохнув, Вера развернулась и заключила мужа в сдобные объятия.

В шесть часов утра ушераздирающе зазвенел будильник. Словно по команде «подъем», Вера вскочила, совершила утренний туалет и приступила к выполнению уставных обязанностей. В ее роте, помимо горячо любимого супруга было еще два «рота»: двухлетняя Женька и пятилетний Максим Леонидович.
– Доброе утро, Верок! Завтрак готов? – взъерошенный Леня стоял на пороге кухни, сверкая голыми ногами. На его худощавом теле болтались голубые семейные трусы, больше напоминавшие теннисную юбочку.
– Садись, Леня, все готово.
Стремительно, словно спринтер, он подбежал к столу, где уже красовались две ароматные отбивные, разогретые с сыром и помидорами. По-спортивному быстро справившись с завтраком, «спринтер» потянулся и громко отрыгнул.
– Вкусно! Веруся, ты – волшебница. А еще есть?
– Ну, есть. А что?
– Еще бы одну…
– Лень, мне тогда сегодня опять их жарить придется.
– Ну, Верочек! Так хочется, так хочется! Ты себе не представляешь!
– Да ведь ты и так двойную порцию съел, Леня! Куда оно только в тебе девается? Тощий, как вобла, а лопаешь, как хряк!
– Вера, я еще хочу!
– Обойдешься.
– Вера, ты меня любишь?
Вера виновато вздохнула и поставила в микроволновку еще одну отбивную.
Проводив на работу супруга, три отбивные в его желудке и две котлеты «по-киевски» в пластиковом судочке, Вера принялась за вторую порцию домочадцев. Здесь утренние процедуры проходили дольше, с визгом, хохотом, а нередко и с рукоприкладством, так как, в силу возраста, Женя и Максим Леонидович в уставе разбирались плохо. Однако в заботливых руках Веры дело спорилось и, к десяти часам утра, она уже сидела в сквере под сенью многолетних деревьев. Толстая рыжая коса величаво отдыхала на рельефной груди, а округлые белые руки ловко выводили петли будущей детской безрукавки. Неподалеку от лавочки, в песочнице, сидела Женя, попеременно ковыряясь то в носу, то в серых речных ракушках. Максим Леонидович носился по аллее на трехколесном велосипеде, оглашая сквер радостными воплями и дребезжанием металла.
Вера отложила в сторону вязание, оправила складки синей трикотажной юбки и широко улыбнулась. Воздух был свеж, солнце ласково, дети – пухленьки и здоровы. А вечером, ровно в восемь, по центральному телевидению будут транслировать главное шоу страны «Таланты, вперед!» В прямом эфире! Финал! Вот уже два месяца Вера не пропускала ни одного выпуска, и сегодня был апогей. Она заранее пополнила счет мобильного, чтобы отправить не одно, а несколько сообщений за любимого участника.
– А-А-А-А-А! – пронзительный детский вопль отвлек Веру от сладостных размышлений. Доносился он из песочницы, но плакала не Женька, а ее маленький ровесник. Худенький, бледный мальчуган, стоял посреди песочницы и лил горькие слезы, а девочка уже набрала новую горсть ракушек и метила ему в голову.
– Женька, нельзя!!! – закричала Вера и выдернула крепышку из песочницы. Та, в свою очередь, не растерялась и осуществила свое злодейское намерение прямо в декольте матери.
– Ах ты, говнюшка! – прорычала Вера и стала кормить женину попу громкими шлепками.
– А-А-А! – обиженно вопила избиенная Женька.
Как раз, в этот момент Максим Леонидович, засмотревшись на экзекуцию, на полной скорости врезался в бордюр. Велосипед отчаянно взвизгнул, резко наклонился вперед и Максим Леонидович, совершив эффектное сальто, оказался на газоне.
– Мамочки, Максим! – завопила перепуганная Вера.
– Ма-а-ма-а-а! – заныл Максим Леонидович альтом.
– А-А-А! – не унималась Женька.
Через пятнадцать минут разбитая рота двигалась по направлению к дому. Сопли были вытерты, коленки смазаны йодом, всхлипывающие мордочки обцелованы. В правой руке сержант Вера несла рядовую Женю, которая напрочь отказалась передвигаться самостоятельно. Левой рукой Вера обхватила израненную боевую машину. Максим Леонидович плелся сзади, обнимая отломанное колесо и скорбно глядя себе под ноги.
«Давай пойдем с тобой туда, где нет ни снега, ни дождя», — замяукал мобильник. Процессия остановилась.
– Да, Лень.
– Вера, почему ты не ответила на мое смс? – голос мужа был деловым, как всегда, когда он звонил с работы.
– Не до смс мне было, Леня, — с одышкой проговорила Вера и опустила дочку на тротуар.
– Что-то случилось?
– Максимка упал с велосипеда и сильно ушибся.
– А, понятно… Слушай, Вер, тут Антоныч зовет пива попить. Сегодня же короткий день. Я схожу после работы?
– Лень, ты же сегодня двери обещал смазать.
– Ну, Верка! Завтра выходной, завтра и смажу.
– Ой, Леня, ну тебя! Иди уже со своим Антонычем.
– Чмоки-чмоки!
– Ага, давай.
– И все?
– Что все?
– Ты мне больше ничего не хочешь сказать?
– Да люблю, Леня, люблю! Давай, конец связи.

На забегавшийся, утомленный город, опустился вечер. Многоэтажки спальных районов глядели друг на друга, не моргая. В одной из глазниц, на мягком кресле устроилась Вера. Она надела любимую пижаму – подарок сестры из Америки. Если бы не розовая расцветка и мишка с подушкой на груди, Вера носила бы пижаму даже на прогулки – такая замечательная и удобная была вещь. На круглом журнальном столике стояла чашка горячего шоколада и лежал мобильный телефон. Дети после тяжелого дня уже сопели в своих кроватках. Через двадцать минут начнется шоу, электронный циферблат в верхнем левом углу экрана вел обратный отсчет.
«Дзы-ы-ынь! Дзы-ы-ынь!», — раздалось из коридора.
– Ленечка, ты? – спросила Вера, подойдя к двери.
– Я, я, Верка, открывай!
Дверь отворилась, впустив любимого супруга. В прихожей запахло пивом и соленой рыбой далеко не первой свежести. Быстро скинув туфли, Леня, не глядя на жену, ринулся в комнату. Схватив пульт дистанционного управления, он начал отчаянно переключать каналы.
– Что ты делаешь, Леня? – с ужасом спросила Вера.
– В восемь будет чемпионат Европы по футболу. Верка, наши играют!
– Но Леня, в восемь будет шоу!
– Какое шоу, Вера? Чемпионат Европы, понимаешь? Я даже бокал живого не допил, чтобы успеть!
– Леня, я хочу смотреть шоу, — со слезами пролепетала Вера.
– Верка, отстань! Целый день пахал, как собака, а ты мне истерики закатываешь?
– Леня, — всхлипнула Вера, — ты меня любишь?
– Люблю. Но это – чемпионат Европы! А… отбивнушки там еще есть?

© Нина Шевчук
© ninashevchuk.ru

Об авторском праве

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2019 Нина Шевчук ·  Дизайн и техподдержка: Goodwinpress.ru